среда, 31 марта 2010 г.

Р.Киплинг - "Если" (Мой перевод и стихи)

К 100-летию стихотворения

Редьярд Киплинг
Если
Перевод Владимира Фалько

Моим сыновьям – Александру и Алексею

О, если можешь быть ты хладнокровным,
Когда теряют головы вокруг,
Хулу презрев, сомненья взвесить ровно,
В себя поверить, хоть не верит друг;
И если можешь ждать ты неустанно,
В клеветах помнить заповедь: «Не лги!»,
Иль, ненавидим, множить зло не станешь,
Слывя ни лучше, ни мудрей других.

И коль, мечтая, над мечтой ты властен,
И, мысля, мысли целью не сочтёшь,
Триумф встречаешь так же, как Напасти,
Усматривая в них обман и ложь;
Коль терпишь отзвук сказанных тобою,
Но искажённых негодяем, слов,
Из праха всё, что отнято судьбою,
Остатком сил воссоздаешь ты вновь.

А если можешь, ставя всё на карту,
Рискнуть в игре и разом проиграть,
С начала вновь начать, но без азарта,
Потерю никогда не вспоминать;
И если можешь сердцу, нервам, телу
Велеть служить тебе, что ни случись,
Когда внутри тебя всё опустело,
И только Воля говорит: «Держись!».

Коль можешь говорить с толпой достойно,
В общенье с Королём не страшен сбой,
Пусть даже враг и друг тебя не вспомнят,
И все не очень-то считаются с тобой;
Но если ценишь каждое мгновенье,
И чувствуешь их неизбывный бег,
Твоя Земля, и всё – твоё владенье,
И, главное, мой сын, ты – Человек!

18 марта 2010 г.

СТИХОТВОРЕНИЕ СТОЛЕТИЯ

Стихотворению, помещённому здесь вместе с избранными переводами на русский и украинский языки, в мировой литературе посвящено немало исследований, критических статей, даже романы и кинофильмы. Не счесть и великого множества переводов на основные языки мира.
Впервые я встретился с этим стихотворением в переводе Михаила Дудина, опубликованном в журнале «Смена» № 8 за 1968 г. Трудно найти слова, чтобы передать глубину и яркость впечатления, силу потрясения, которые оказало на меня чтение стиха. Вскоре разыскал в томе произведений Р. Киплинга, изданного в Библиотеке всемирной литературы, перевод Самуила Маршака. Позже нашёл текст на языке оригинала и ряд других переводов на русский язык, в том числе одного из основателей советской школы поэтического перевода Михаила Лозинского, ставший классическим. Привожу эти переводы, выделяя их из более чем 10 известных мне.
На протяжении всей жизни стихотворение «Если» поддерживает и воодушевляет меня, помогает обретать крепость духа в трудные моменты, побуждает заново переосмыслять его моральное значение и поэтику.
Созвучной моему восприятию стиха оказалась оценка, которую дал ему мой земляк, украинский поэт Евген Васильченко в своей книге «Исповедь: психологические фрагменты». Приведу выдержку из этого сочинения:
«Это главное сочинение для меня, когда я теряю веру в себя и руки опускаются. А прочитаешь такие стихи – и расправляются плечи, руки наливаются силой, глаза зажигаются огнём. И я благодарен таким поэтам и такой поэзии, которая проникает в душу и укрепляет её» (Васильченко, Є. Сповідь: Психологічні фрагменти. Суми, 2007. С. 54).
Богатство содержания, глубина смысла и совершенство формы киплинговского стиха дают широкий простор для новых трактовок и вариаций на тему. Я решился на попытку сделать свой перевод любимого стихотворения. Конечно, не претендую на то, чтобы соревноваться с лучшими образцами поэтических переводов, стараясь следовать завету Киплинга: «И не казаться лучше, и не слыть мудрее».
Как известно, автор завета «Если» посвятил стихотворение своему сыну. Я посвящаю свой перевод моим сыновьям Александру и Алексею.
Возможно, не все нюансы этики духовного завещания английского поэта я сегодня безоговорочно разделяю. В зрелом возрасте и в контексте современности оно представляется излишне назидательным и местами категоричным. Став молитвой, это стихотворение всё же не стоит, пожалуй, в одном ряду с духовными стихами христианских поэтов. Не во всём созвучна духу родных для меня русской и украинской культур британская тональность. Тем не менее, хотя духовные и нравственные вызовы нашего времени предъявляют новые требования к такого рода поэзии, и сегодня мудрость и моральная сила стиха сохраняют для меня своё значение.
Возможно, нынешнее молодое поколение россиян видит смысл этих стихотворений иначе, чем мы, люди старшего возраста, это право читателя.
Несколько замечаний, касающихся сравнительных особенностей текста оригинала и русских переводов. Ёмкость английского языка, преобладание в нём немногосложных слов позволили Киплингу осуществить подбор для своего стиха, как правило, одно- и двусложных слов. Это придаёт чёткость и ритмику, позволившую почти каждому бойцу имперских колониальных войск и британской армии периода первой мировой войны заучить заповедь наизусть и твердить как молитву. В этом обстоятельстве, кстати, обнаружились не только плюсы, но и минусы такого статуса, приобретённого одним из лучших лирических произведений мировой литературы. Как написал в своём романе «Смерть героя» Ричард Олдингтон, зубрёжка сказалась на том, что поколение, прошедшее первую мировую, не могло без оскомины слушать этих стихов.
Русские поэты-переводчики, не стремясь к тому, чтобы ритм стиха способствовал зубрёжке, используют немало многосложных слов. Это обстоятельство объясняется и особенностями русского языка. Впрочем, не думаю, что кому-то удалось бы перевести «Если» в одно- и двусложных словесных формах, скажем, на немецкий язык. Но данная специфика английской речи затрудняет попытку вместить в строку русского перевода всё содержание стиха, не увеличивая её размера. Кроме того, ударение на первом слоге в слове «если» затрудняет столь частое его употребление в русском переводе. Вероятно, этими причинами объясняется отступление М. Дудина от пятистопного ямба и переход к восьмистопному хорею, и перевод стал замечательным самостоятельным произведением с подзаголовком: «Из Редьярда Киплинга».
Сочинение Дудина является примером вольного по стихотворной форме, перевода. Существуют и вольные с точки зрения содержания переводы. «Вольности» переводчика могут преследовать различные цели. Это, во-первых, более точная передача смысла оригинала, приносящая в жертву совпадение по форме и количество эквивалентных единиц. Во-вторых, приближение к особенностям иностранного текста, контекста и авторского языка за счет снижения выразительных возможностей русского языка. В-третьих, самовыражение автора перевода как поэта с приданием тексту специфически русского звучания.
Переводчик может стремиться «улучшить», «приукрасить» авторский текст, но совершенства стиха Киплинга сводят число таких переводов к минимуму. Пожалуй, избыточная информативность стихотворения Дудина потребовала включить целый ряд неэквивалентных лингвистических единиц, обогащающих содержание текста. Но и здесь нет мотива «улучшения» авторского произведения.
В числе отзывов на перевод М.Л. Лозинского встречаются суждения, что это лучший перевод, причём превосходящий оригинал. Не думаю, что выдающийся русский поэт стремился улучшить текст Киплинга. Скорее, перед нами тот случай, когда талант переводчика подстать гению автора.
Стремление максимально приблизить перевод к тексту оригинала может снижать поэтические достоинства стихов. И, наоборот, за художественные достоинства текста приходится платить большей степенью вольности языковых средств, то есть отступлением от оригинального текста и, соответственно, дословного перевода. Похоже, что в переводах действует своего рода принцип неопределённости. Но ещё вероятнее, что здесь действуют законы свободы, любви и творчества, благодаря которым возможны новые и новые переводы настоящей поэзии, не исчерпывающие богатства переводимых стихов, а раскрывающие такие грани их содержания и формы, которые, возможно, не сразу видны в них на языке оригинала.
Привожу, для сравнения, три перевода стихотворения «Если» на украинский язык, в том числе мой. На мой взгляд, переводы Евгена Сверстюка и Василя Стуса удачно используют возможности украинского языка, позволяющие ёмко выразить смысл киплинговского стиха.
Прилагаю также своё стихотворение «Когда», написанное не столько в подражание Киплингу, сколько в развитие темы «Если». Оно написано в том же размере, но несколько в ином – православном духовном контексте, при этом автор не хотел бы брать на себя роль проповедника.
В. Фалько

Rudyard Kipling

IF

If you can keep your head when all about you
Are losing theirs and blaming it on you,
If you can trust yourself when all men doubt you,
But make allowances for their doubting too;
If you can wait and not be tired of waiting,
Or being lied about don't deal in lies.
Or being hated, don't give way to hating,
And yet don't look too good, nor talk too wise.

If you can dream and not make dreams your master,
If you can think and not make thoughts your aim,
If you can meet with Triumph and Disaster
And treat those two imposters just the same;
If you can bear to hear the truth you've spoken
Twisted by knaves to make a trap for fools.
Or watch the things you gave your life to, broken
And stoop and build them up with worn-out tools.

If you can make one heap of all your winnings
And risk it on one turn of pitch-and-toss;
And lose, and start again at your beginnings
And never breathe a word about your loss;
If you can force your heart and nerve and sinew
To serve your turn long after they are gone,
And so hold on when there is nothing in you
Except the Will which says to you "Hold on!"

If you can talk with crowds and keep your virtue,
Or talk with Kings, nor lose the common touch,
If neither foes nor loving friends can hurt you,
If all men count with you, but none too much;
If you can fill the unforgiving minute
With sixty seconds' worth of distance run, –
Yours is the Earth and everything that's in it,
And – which is more – you'll be a Man, my son!

(October 1910).

Редьярд Киплинг
Заповедь
Перевод Михаила Лозинского

Владей собой среди толпы смятенной,
Тебя клянущей за смятенье всех,
Верь сам в себя, наперекор вселенной,
А маловерным отпусти их грех;
Пусть час не пробил, жди, не уставая,
Пусть лгут лжецы не снисходи до них;
Умей прощать и не кажись прощая,
Великодушней и мудрей других.

Умей мечтать, не став рабом мечтанья,
И мыслить, мысли не обожествив;
Равно встречай успех и поруганье,
Не забывая, что их голос лжив;
Останься тих, когда твое же слово
Калечит плут, чтоб уловлять глупцов,
Когда вся жизнь разрушена, и снова
Ты должен все воссоздавать с основ.

Умей поставить, в радостной надежде,
На карту все, что накопил с трудом,
Все проиграть и нищим стать, как прежде,
И никогда не пожалеть о том;
Умей принудить сердце, нервы, тело
Тебе служить, когда в твоей груди
Уже давно все пусто, все сгорело,
И только Воля говорит 'Иди!'

Останься прост, беседуя с царями,
Останься честен, говоря с толпой;
Будь прям и тверд с врагами и с друзьями.
Пусть все, в свой час, считаются с тобой;
Наполни смыслом каждое мгновенье,
Часов и дней неумолимый бег,
Тогда весь мир ты примешь как владенье,
Тогда, мой сын, ты будешь Человек!

Редьярд Киплинг
Если...
Перевод Самуила Маршака

О, если ты покоен, не растерян,
Когда теряют головы вокруг,
И если ты себе остался верен,
Когда в тебя не верит лучший друг,
И если ждать умеешь без волненья,
Не станешь ложью отвечать на ложь,
Не будешь злобен, став для всех мишенью,
Но и святым себя не назовешь,

И если ты своей владеешь страстью,
А не тобою властвует она,
И будешь тверд в удаче и в несчастье,
Которым, в сущности, цена одна,
И если ты готов к тому, что слово
Твое в ловушку превращает плут,
И, потерпев крушенье, можешь снова –
Без прежних сил – возобновить свой труд,

И если ты способен все, что стало
Тебе привычным, выложить на стол,
Все проиграть и вновь начать сначала,
Не пожалев того, что приобрел,
И если можешь сердце, нервы, жилы
Так завести, чтобы вперед нестись,
Когда с годами изменяют силы
И только воля говорит: "Держись!"–

И если можешь быть в толпе собою,
При короле с народом связь хранить
И, уважая мнение любое,
Главы перед молвою не клонить,
И если будешь мерить расстоянье
Секундами, пускаясь в дальний бег, –
Земля – твое, мой мальчик, достоянье!
И более того, ты – человек!

Михаил Дудин
Если…
(Из Редьярда Киплинга)

Если ты не потеряешь головы в смятенье общем,
Одинаково встречая и успех, и неуспех,
И пройдёшь достойно мимо клеветы и тех, кто ропщет,
В правоте своей уверен вопреки сомненью всех;

Если ты сумеешь выждать до положенного срока
И подсчитывать не будешь наговоры подлеца,
Если ненависть сумеешь обуздать в себе жестоко
И не выглядеть пижоном в старой маске мудреца;

Если ты мечту, мечтая, не поставишь выше бога,
И само теченье мысли самоцелью не сочтёшь,
И Беду с Триумфом вместе, что пошлёт тебе дорога,
Встретишь ровно, понимая, что у них в основе ложь;

Если в слове краснобая ты своё услышишь слово,
Как надёжную приманку для доверчивых ослов,
Если дело жизни прахом рассыпается, и снова
На развалинах и пепле можешь действовать с основ;

Если ты, рискнув, поставишь на орла, а выйдет решка,
Всё накопленное жизнью проиграешь до конца,
И не вымолвишь ни слова, сожаленье и усмешка
Не коснутся даже тенью ни души и ни лица;

Если в горькую минуту безысходности и боли,
В миг, когда с усталым телом разойтись готова жизнь,
Ты сумеешь сердцу, нервам приказать веленьем воли,
Всею собранностью страсти беспощадное: держись!

Если ты умеешь правду неподкупности и чести
Говорить царям и толпам, отвечая головой,
Если в нужную минуту все друзья с врагами вместе
Пусть хотя не слишком много, но считаются с тобой;

Если каждую секунду ты, как спринтера удачу,
Ценишь, жизни невозвратной понимая быстрый бег, –
Вся Земля твоя отныне, всё земное – тоже, значит,
Ты, мой сын, и сам отныне в этом мире – Человек.

Переводы на украинский язык
(lypovyk.org.ua/dosc/redjard-kiplinh-ukrainskoju.html)

Редьярд Кіплінг
Якщо…
(в перекладі Євгена Сверстюка)

Як вистоїш, коли всі проти тебе—
Упали духом і тебе кленуть,
Як всупереч усім ти віриш в себе,
А з їх невіри також візьмеш суть;
Якщо чекати зможеш ти невтомно,
Оббріханий – мовчати і пройти
Під поглядом ненависті, притому
Не грати цноти ані доброти;

Як зможеш мріять – в мрійництво не впасти,
І думать – не творити з думки культ,
Якщо Тріумф, зарівно як Нещастя,
Сприймеш як дим і вітер на віку;
Якщо стерпиш, як з правди твого слова
Пройдисвіт ставить пастку на простих,
Якщо впаде все, чим ти жив, і знову
Зумієш все почати – і звести;

Якщо ти зможеш в пориві одному
Поставить все на карту – і програть,
А потім – все спочатку, і нікому
Про втрати й слова навіть не сказать;
Якщо ти змусиш Серце, Нерви, Жили
Служити ще, коли уже в тобі
Усе згоріло, вигасло – лишилась
Одна лиш Воля – встоять в боротьбі;

Як зможеш гідно річ вести з юрбою
І з Королем не втратиш простоти,
Якщо усі рахуються з тобою –
На відстані, яку відміриш ти;
Якщо ущерть наповниш біг хвилини
Снагою дум, енергією дій,
Тоді весь світ тобі належить, сину,
І більше: ти – Людина, сину мій.

Василь Стус
Синові

Коли ти бережеш залізний спокій
всупір загальній паніці й клятьбі,
коли наперекір хулі жорстокій
між невірів ти віриш сам собі.
Коли ти вмієш ждати без утоми,
обмовлений, не станеш брехуном,
ошуканий, не піддаєшся злому
і власним не хизуєшся добром.

Коли тебе не порабують мрії,
в кормигу дум твій дух себе не дасть,
коли ти знаєш, що за лицедії –
облуда щастя й машкара нещасть.
Коли ти годен правди пильнувати,
з якої вже зискують махлярі,
розбитий витвір знову доробляти,
хоча начиння геть уже старі.

Коли ти можеш всі свої надбання
поставити на кін, аби за мить
проциндрити без жалю й дорікання –
адже тебе поразка не страшить.
Коли змертвілі нерви, думи, тіло
ти можеш знову кидати у бій,
коли триматися немає сили
і тільки воля владно каже: стій!

Коли в юрбі шляхетності не губиш,
А бувши з королями – простоти,
коли ні враг, ні друг, котрого любиш,
нічим тобі не можуть дорікти.
Коли ти знаєш ціну щохвилини,
коли від неї геть усе береш,
тоді я певен: ти єси людина
і землю всю своєю назовеш.

Редьярд Кіплінг
Якщо
(в перекладі Володимира Фалька)

Якщо холодний розум зберігаєш,
Коли втрачають голови навкруг,
Попри хулу, на сумніви зважаєш,
Собі ти віриш, хоч не вірить друг;
Якщо чекати можеш без утоми,
Оббріханий, не станеш сам брехать,
В зненавиді, не потураєш злому,
Не виглядаєш мудрим, без гріха.

Якщо ти, в мріях, не підвладен мрії,
І в думці дум не ставиш за мету,
Тріумф з Бідою зустрічаєш рівно,
Вбачаючи оману в них пусту;
Якщо тобі стає терпіння чути
Викривлення правдивих слів твоїх,
Як гинуть речі всі, життям здобуті,
З останніх сил відроджувати їх.

Якщо на кін поставив всі надбання
І, ризикуючи, одразу їх програв,
Вступаєш знову з долею в змагання,
І словом не згадаєш те, що мав;
Якщо напружиш серце, нерви, жили,
Коли в душі, здається, сил нема,
Наказуєш їм, щоб тобі служили,
Зусиллям Волі мовлячи: „Тримайсь!”.

Якщо говориш гідно із юрбою,
І з Королем ти в бесіді простий,
Хай враг і друг не знаються з тобою,
А всі хоч трохи визнають, хто ти;
Якщо ти відчуваєш в кожній миті
Невпинний часу біг і вічність дій,
Твоя Земля, і все, що є на світі,
І, знай, – ти є Людина, сину мій!

28.03.2010 р.

Владимир Фалько
Когда
(перепевы «Если» Киплинга)

Когда ты, в окруженье равнодушных,
Сумеешь в сердце сохранить огонь,
И если среди трусов, злу послушных,
Не убоишься обличить врагов;
Когда вокруг поют тирану славу,
Угодливо не станешь подпевать,
А если толпы требуют расправы,
В защиту жертвы ты найдёшь слова.

Когда царит повсюду культ наживы,
Ты бескорыстным не стыдишься быть,
И видишь в том, как жизнь твоя сложилась,
Ты промысл Божий, а не перст судьбы;
Когда весь мир безверием охвачен,
Ты веришь, в Правду, Красоту, Добро,
И пусть осмеян ты и одурачен,
Но цельность сохранишь и будешь прост.

Когда вокруг царят разврат, растленье,
Ты сохраняешь чистоту любви,
В соблазнах, искушениях паденье,
Взывая к Богу, смог остановить;
Когда весь мир предстал кругами ада,
Не испугался смерти и мытарств,
И отпущенье принял не в награду,
А как прощенье от небесных царств.

Когда себя или других спасая,
Ты падших в жертву миру не принёс,
Твоя душа, нагая и босая,
Воскреснет, коль в неё вошёл Христос;
Когда живёшь ты в радости духовной,
Любовь, стремленье к святости – твой путь,
Смирен пред властью Божией верховной, –
Свободен ты, мой сын, и счастлив будь!

4 апреля 2010 года,
День Святой Пасхи,
День рождения сына Александра.
© В.И.Фалько, 2010

Комментариев нет:

Отправить комментарий